Однажды давным-давно родились в прекрасных рощах Ливана три кедра. Кедры растут очень медленно, и эти три дерева провели целые века в раздумьях о жизни и смерти, о людях и человечестве. Они видели, как на землю Ливана прибыли посланники царя Соломона, и как затем в битвах с сирийцами земля эта омылась кровью. Они видели лицом к лицу заклятых врагов: Иезавель и пророка Илию. При них был изобретен алфавит. Они дивились, глядя, как мимо них проходят караваны, груженые пестрыми тканями. И в один прекрасный день кедры решили поговорить о будущем. - Мне довелось повидать многое на моем веку, - сказал первый. - Я хотел бы превратиться в трон, на котором будет восседать самый могущественный царь на земле. - А я хотел бы стать частью чего-то такого, что на веки вечные превратило бы зло в добро, - сказал второй. - А что до меня, - сказал третий, - то я желал бы, чтобы люди, глядя на меня, всякий раз вспоминали о Боге. Прошли годы и годы, и вот однажды в лесу появились дровосеки. Они срубили и распилили кедры. У каждого дерева было свое заветное желание, но в жизни все получилось по-другому. Первый кедр стал хлевом, и из остатков его древесины соорудили ясли. Из второго дерева сделали обычный деревенский стол, который позже продали торговцу мебелью. Бревна от третьего дерева продать не удалось. Их распилили на доски и оставили храниться на складе в большом городе. Горько сетовали три кедра: «Наша древесина была так хороша! Но никто не нашел ей достойного применения». Время шло, и вот однажды, звездной ночью, некая супружеская пара, не нашедшая себе крова, решила переночевать в хлеву, построенном из древесины первого кедра. Той ночью женщина родила сына и положила его в ясли, на мягкое сено. И в тот же миг первый кедр понял, что мечта его сбылась: он послужил опорой величайшему Царю Земли. Несколько лет спустя в одном скромном деревенском доме люди сели за стол, сделанный из древесины второго кедра. Прежде чем они принялись за еду, один из них произнес несколько слов над хлебом и вином, стоящими на столе. И тут второй кедр понял, что в тот самый миг он послужил опорой не только чаше с вином и блюду с хлебом, но и союзу между Человеком и Богом. На следующий день из двух досок третьего дерева сколотили крест. Через несколько часов к этому кресту прибили гвоздями израненного человека. Третий кедр ужаснулся своей участи и стал проклинать жестокую судьбу. Но не прошло и трех дней, как он понял уготованную ему долю: человек, висевший на кресте, стал Светом миру. А крест, сколоченный из древесины третьего кедра, превратился из орудия пытки в символ победы Бога. Так исполнилась судьба трех ливанских кедров: как это всегда бывает с мечтами, мечты их сбылись, но совсем иначе, чем они себе это представляли.
